В Clínica Synaptica мы постоянно переосмысливаем, что значит психическое здоровье в обществе, где наши базовые потребности часто остаются без внимания. Поэтому мы стремимся рассказывать о последних научных достижениях в области инновационных методов лечения депрессии с доказанной эффективностью, делая исследования ближе к обществу. Наша цель — чтобы о достижениях, способных открыть новые возможности для психического здоровья и социального благополучия, знало как можно больше специалистов здравоохранения и всех интересующихся.
Что такое 5-MeO-DMT и откуда он берётся?
5-MeO-DMT (5-метокси-N,N-диметилтриптамин) — психоделическое вещество, фармакологический профиль которого отличается от классического профиля других, более известных психоделиков. Этот триптамин встречается в природе как в растительном, так и в животном мире. К наиболее известным растениям Амазонии, содержащим его, относятся Virola, Anadenanthera peregrina (йопо, или кохоба) и Dictyoloma incanescens, причём вещество содержится и в семенах, и в коре, и в листьях (Agurell et al., 1969; Pachter et al., 1959). Кроме того, в XX веке он привлёк внимание антропологов, поскольку присутствует в яде жабы из пустыни Сонора (Incilius alvarius), где составляет значительную долю её химического состава (Uthaug et al., 2019).
Феноменология и фармакология 5-MeO-DMT
Если большинство классических психоделиков оказывают действие в основном через активацию серотонинового рецептора 5-HT2A, то 5-MeO-DMT действует на рецепторы 5-HT1A (Halberstadt et al., 2012), участвующие в регуляции настроения (Kaufman et al., 2016) и в управлении вегетативной нервной системой (Youn et al., 2013), снижая артериальное давление и частоту сердечных сокращений.
Его субъективные эффекты также уникальны: вместо ярких и сложных зрительных образов они характеризуются растворением эго и ощущением единства со Всем (Barker, 2018). Тем не менее предсказать общий для всех эффект трудно: сообщалось о случаях тошноты, тревоги, спутанности сознания и флешбэков воспоминаний, которые впоследствии трудно восстановить в памяти (Davis et al., 2018).
5-MeO-DMT неактивен при приёме внутрь (Shulgin & Shulgin, 1997a), поэтому его чаще всего вводят интраназально или путём ингаляции пара, полученного с помощью контролируемого источника тепла. При таких способах введения острые эффекты длятся 15–20 мин (Weil & Davis, 1994). Научиться ориентироваться в субъективных эффектах этого вещества непросто из-за быстроты и интенсивности его действия, а также короткой продолжительности вызываемого изменённого состояния сознания.
Данные о терапевтическом потенциале из наблюдательных исследований
Первые данные о терапевтическом потенциале 5-MeO-DMT получены в наблюдательных проспективных исследованиях в естественных условиях.
Davis et al. (2018) провели одномоментный опрос более 500 человек, чтобы описать модели употребления в общей популяции и оценить возможные риски и пользу, связанные с его применением. Среди участников, сообщивших о ранее поставленном психиатрическом диагнозе, значительное улучшение отмечалось при следующих состояниях: посттравматическое стрессовое расстройство (79%), депрессия (77%), тревожность (69%), проблемы, связанные с употреблением психоактивных веществ (63%), и обсессивно-компульсивное расстройство (53%). Лишь 2–10% сообщили об ухудшении этих состояний.
В другом, более позднем опросе той же исследовательской группы (Davis et al., 2019) после применения 5-MeO-DMT в групповом формате наблюдалось улучшение именно симптомов депрессии и тревоги. В частности, из 149 участников с симптомами депрессии 80% отметили улучшение состояния, 17% не почувствовали изменений, а 3% сообщили об ухудшении депрессивных симптомов.
Данные об эффективности при депрессии из клинических исследований
Однако систематически изучать терапевтический потенциал 5-MeO-DMT в клинических исследованиях начали лишь в последние годы.
В клиническом исследовании фазы 1/2 с участием 16 пациентов с терапевтически резистентной депрессией испаряемая лекарственная форма 5-MeO-DMT показала сильный и быстрый антидепрессивный эффект (Reckweg et al., 2023). В исследовании сравнивали действие дозы 12 мг и дозы 18 мг с индивидуальной схемой дозирования, предусматривавшей до трёх повышений дозы в течение одного дня (6 мг, 12 мг и 18 мг). Результаты показали, что через 7 дней в ремиссии находились 50% пациентов группы 12 мг и 25% группы 18 мг, тогда как в группе с индивидуальным дозированием частота ремиссии достигла 87,5%. В этой последней группе семь пациентов из восьми достигли максимального уровня мистического переживания во время субъективных эффектов. Все ремиссии депрессии наблюдались с первого дня, а 60% были зафиксированы уже через 2 часа после процедуры.
В другом, ещё более позднем исследовании фазы I участники в течение четырёх недель еженедельно получали сублингвальную дозу 5-MeO-DMT (6 мг, 9 мг или 12 мг) или плацебо (Bistue et al., 2025). При таком способе введения участники не испытывали субъективных эффектов: когнитивные функции и поведение оставались стабильными, а повседневная активность и привычное социальное взаимодействие сохранялись. Результаты исследования показали, что 5-MeO-DMT — безопасное, быстродействующее и хорошо переносимое соединение, которое становится перспективным кандидатом для будущего терапевтического применения с минимизацией или полным устранением субъективных психоделических эффектов. Однако конкретных данных об эффективности сублингвального введения при депрессии пока нет.
Механизмы антидепрессивного эффекта
Тем не менее причины антидепрессивных свойств этого необычного психоделика, по-видимому, схожи с нейробиологическими и феноменологическими механизмами, которые запускают и другие психоделики:
- В исследованиях на животных было показано, что 5-MeO-DMT способствует нейропластичности в медиальной лобной коре, увеличивая плотность дендритных шипиков (Jefferson et al., 2023). Эти изменения коррелируют с ослаблением руминации, характерной для многих психических расстройств.
- Кроме того, он продемонстрировал выраженную способность регулировать иммунную систему и воспаление (Uthaug et al., 2020), которое нарушает обмен нейромедиаторов и активирует стрессовую систему, удерживая организм в режиме угрозы.
- Наконец, с терапевтическим ответом связывают и мистические переживания, характерные для растворения эго и единства со Всем. Интенсивность такого опыта способствует психологическим изменениям в сторону открытости и психологической гибкости (Carhart‐Harris & Nutt, 2017).
Заключение
Исследования 5-MeO-DMT находятся ещё на ранней стадии, но имеющиеся данные указывают на формирующуюся область с огромным терапевтическим потенциалом. Благодаря короткой продолжительности субъективных эффектов его применение в клинических условиях более осуществимо и экономично, чем применение других психоделических веществ. Однако из-за интенсивности этих эффектов и разрушения структуры эго для интеграции опыта может потребоваться больше клинических сессий.
В Clínica Synaptica мы внимательно следим за этими достижениями, сохраняя научную осторожность и критическую открытость. Наша задача — не продвигать быстрые решения, а помогать тому, чтобы терапевтические изменения были глубокими и могли закрепиться надолго.
В ближайшие годы мы, вероятно, станем свидетелями преобразования терапевтического ландшафта в сфере психического здоровья. Оставаться в курсе, развивать критическое мышление и продолжать строгие исследования будет ключом к безопасной, этичной и ответственной интеграции этих новых инструментов в клиническую практику.
Список литературы
Agurell, S. , Holmstedt, B. , Lindgren, J. E. , & Schultes, R. E. (1969). Alkaloids in certain species of Virola and other South American plants of ethnopharmacologic interest. Acta Chemica Scandinavica, 23, 903–916.
Barker, S. A. (2018). N, N‐Dimethyltryptamine (DMT), an endogenous hallucinogen: Past, present, and future research to determine its role and function. Frontiers in Neuroscience, 12, 536
Bistue Millón MB, Noguera L, Bruno D, Vita L, Zanino M, Kassuha DE, Ortiz JE, Feresin GE, Díaz-Dellavalle P, Orosco L, Garcés MA, Diez P, Albarracín SG, Bruno MA. Safety and tolerability of multiple sublingual microdoses of 5-MeO-DMT in adults with moderate symptoms of depression and/or anxiety: a randomized, double-blind, placebo-controlled study. Neuropsychopharmacology. 2025 Oct;50(11):1715-1723.
Carhart‐Harris, R. L. , & Nutt, D. J. (2017). Serotonin and brain function: A tale of two receptors. Journal of Psychopharmacology, 31, 1091–1120.
Davis, A. K. , Barsuglia, J. P. , Lancelotta, R. , Grant, R. M. , & Renn, E. (2018). The epidemiology of 5‐methoxy‐ N, N‐dimethyltryptamine (5‐MeO‐DMT) use: Benefits, consequences, patterns of use, subjective effects, and reasons for consumption. Journal of Psychopharmacology, 32, 779–792
Halberstadt, A. L. , Nichols, D. E. , & Geyer, M. A. (2012). Behavioral effects of alpha,alpha,beta,beta‐tetradeutero‐5‐MeO‐DMT in rats: Comparison with 5‐MeO‐DMT administered in combination with a monoamine oxidase inhibitor. Psychopharmacology, 221, 709–718
Jefferson SJ, Gregg I, Dibbs M, Liao C, Wu H, Davoudian PA, Woodburn SC, Wehrle PH, Sprouse JS, Sherwood AM, Kaye AP, Pittenger C, Kwan AC. 5-MeO-DMT modifies innate behaviors and promotes structural neural plasticity in mice. Neuropsychopharmacology. 2023 Aug;48(9):1257-1266.
Kaufman, J. , DeLorenzo, C. , Choudhury, S. , & Parsey, R. V. (2016). The 5‐HT1A receptor in Major Depressive Disorder. European Neuropsychopharmacology, 26, 397–410
Ly, C. , Greb, A. C. , Cameron, L. P. , Wong, J. M. , Barragan, E. V. , Wilson, P. C. , Burbach, K. F. , Soltanzadeh, Z. S. , Sood, A. , Paddy, M. R. , Duim, W. C. , Dennis, M. Y. , McAllister, A. K. , Ori‐McKenney, K. M. , Gray, J. A. , & Olson, D. E. (2018). Psychedelics promote structural and functional neural plasticity. Cell Reports, 23(11), 3170–3182.
Pachter, I. , Acharias, D. , & Ribeiro, O. (1959). Indole alkaloids of acer saccharinum (the Silver Maple), Dictyoloma incanescens, Piptadenia colubrina, and Mimosa hostilis. The Journal of Organic Chemistry, 24, 1285–1287
Reckweg JT, van Leeuwen CJ, Henquet C, et al: A phase 1/2 trial to assess safety and efficacy of a vaporized 5-methoxy-N,N-
dimethyltryptamine formulation (GH001) in patients with treatment-resistant depression. Front Psychiatry 2023; 14:1133414
Shulgin, A. , & Shulgin, A. (1997a). Tryptamines i have known and loved: The chemistry continues. Transform Press
Uthaug, M. V. , Lancelotta, R. , van Oorsouw, K. , Kuypers, K. P. C. , Mason, N. , Rak, J. , Šuláková, A. , Jurok, R. , Maryška, M. , Kuchař, M. , Páleníček, T. , Riba, J. , & Ramaekers, J. G. (2019). A single inhalation of vapor from dried toad secretion containing 5‐methoxy‐N, N‐dimethyltryptamine (5‐MeO‐DMT) in a naturalistic setting is related to sustained enhancement of satisfaction with life, mindfulness‐related capacities, and a decrement of psychopathological symptoms. Psychopharmacology (Berl), 236(9), 2653–2666. 10.1007/s00213-019-05236-w. [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
Uthaug, M. V. , Lancelotta, R. , Szabo, A. , Davis, A. K. , Riba, J. , & Ramaekers, J. G. (2020). Prospective examination of synthetic 5‐methoxy‐N, N‐dimethyltryptamine inhalation: Effects on salivary IL‐6, cortisol levels, affect, and non‐judgment. Psychopharmacology, 237, 773–785.
Youn, J. , Hager, T. , Misane, I. , Pieneman, A. W. , Jansen, R. F. , Ogren, S. O. , Meyer, M. , & Stiedl, O. (2013). Central 5‐HT1A receptor‐mediated modulation of heart rate dynamics and its adjustment by conditioned and unconditioned fear in mice. British Journal of Pharmacology, 170, 859–870.
Weil, A. T. , & Davis, W. (1994). Bufo alvarius: A potent hallucinogen of animal origin. Journal of Ethnopharmacology, 41, 1–8.
